Оригинал взят у [Poll #1851994]


Когда заходит речь о новом российском авианосце, почти всегда скептически настроенная часть оппонентов, кроме доводов о стоимости постройки и эксплуатации, а также отсутствии на текущий момент мест базирования (эти проблемы решаемы), приводит концептуальные аргументы, а именно:

- цели и задачи для авианосца на нашем флоте отсутствуют, вполне возможно создать сильный флот и без него;
- боевая живучесть авианосца мала и делает «плавучий аэродром» уязвимым для средств поражения;
- опыт применения авианосцев во Второй мировой войне устарел, и «не стоит готовиться к войне середины прошлого века».

• Самое распространённое мнение, в том числе и уважаемых авторов таково: авианосец – это средство агрессии против отсталых и удалённых «папуасов», нам он не нужен, поскольку нападать мы не на кого не собираемся. Забавно, но это те же слова, которыми пользовались в СССР противники авианосцев – «это оружие агрессии». Такое мнение не позволило нам иметь полноценные авианосцы ещё в 60-х.

• Советское высшее политическое руководство не очень верно представляло задачи авианосца в составе флота и тоже считало, что авианосец нужен для ведения военных действий у чужого побережья. А поскольку Советский Союз ни на кого нападать не собирается, то и строить их не надо.

• Думаю, подобный вывод станет, очевиден, если понаблюдать за действиями американских авианосных ударных группировок (АУГ) в последние годы. Американские авианосцы всегда на виду, и служат практически единственным источником знаний об этом виде вооружений. Между тем, строился единственный в мире полноценный авианосный флот не для колониальных войн, а для противодействия советскому флоту на океанских просторах, изоляции и уничтожения его в местах базирования.

--

• Ударные операции против побережья требовались только в ходе «периферийных конфликтов холодной войны» и стали восприниматься, как основная функция, лишь, когда показалось, что исчезновение Советского Союза позволило ликвидировать флот основного противника невоенными методами. Необходимость же авиации в боевых действиях на море убедительно доказал американцам опыт Второй мировой войны.

• Советская научная школа также признавала необходимость базирования морской авиации не только на береговых аэродромах, но и непосредственно в море. В середине 50-х годов планировалось разделить авианосцы по функциям для ударных задач и обеспечения противолодочной и противовоздушной обороны (ПЛО и ПВО) соединений кораблей. В 1955 году был готов эскизный проект лёгкого авианосца на 40-50 самолётов, в 1959-м два проекта ударных авианосцев на 60 и 100 самолётов.

• Однако воплощения планов в жизнь не произошло по причине бурного развития ракетной техники, которое вызвало пересмотр концепций применения флота. Главными стали три направления развития флота, а именно:

- противолодочное (борьба с ПЛАРБ);
- противоавианосное (с использованием надводных и подводных сил, а также морской авиации);
- МСЯС (подводные носители баллистических ракет обеспечивались всеми имеющимися силами флота).

• Американцы же продолжали послевоенную линию, где главной ударной силой флота были авианосцы, которые должны были уничтожать силы флота противника в море и в базах. На них же возлагалась основная функция ПЛО в Атлантическом и Тихом океанах. Надводным же кораблям отводилась в основном функция охранения авианосцев.

• Возможности развивавшихся по этим концепциям морских сил, противостоящих друг другу, постоянно анализировались. Например, в 1972 году была выполнена научно-исследовательская работа под шифром «Ордер», вывод которой звучал так:

«- Авиационное обеспечение ВМФ является первостепенной, неотложной задачей, поскольку она затрагивает вопросы морских стратегических ядерных сил;

- без авиационного прикрытия в условиях господства противолодочной авиации вероятного противника мы не сможем обеспечить не только боевую устойчивость, но и  развертывание наших подводных лодок, как с баллистическими ракетами, так и многоцелевых, являющихся главной ударной силой ВМФ;

- без истребительного прикрытия невозможна успешная деятельность морской ракетоносной, разведывательной и противолодочной авиации берегового базирования — второго по значению ударного компонента ВМФ;

- без истребительного прикрытия невозможна более, или менее приемлемая боевая устойчивость надводных кораблей».

(Из книги профессора, капитана 1-го ранга В.Д.Доценко «История военно-морского искусства».)

• Иными словами, противодействие авианосному флоту без собственной авиации морского базирования, представляется затруднительным. Подобные этой комплексные исследовательские работы, проводившиеся ранее, привели к возобновлению отечественной программы авианосных морских сил. Довлеющее в высшем руководстве страны представление об авианосцах, как об инструменте агрессии, не позволили перейти к исследованиям концепции применения авианосцев с ударной функцией.

• Из первоначальных наработок она была исключена. Но даже оставшуюся функцию — обеспечение сил флота, планировалось решать ограниченными мерами. Так родились советские тяжелые авианесущие крейсера (ТАВКР). Исследование боевой эффективности их первой серии, имевшей на вооружении только вертолёты и самолёты вертикального взлёта и посадки, и привели к появлению первого полноценного (несмотря на прежнее обозначение – ТАВКР) авианосца проекта 11435 «Рига», ныне «Адмирал Кузнецов» и однотипного, но недостроенного «Варяг», (ныне «Ши Лан» в составе ВМС НОАК).

• Укрупнение проектов было связано с необходимостью размещения достаточно большого количества самолётов для эффективности их носителя. А так же с тем обстоятельством, что погодные условия акваторий применения авианосцев не позволяют сделать его небольшого водоизмещения – взлёт и посадка при сильном волнении возможны только на крупном корабле. Скажем, американцы, имеющие самые крупные корабли этого класса, взлетают и садятся при 7 баллах.


Кликабельно

Кстати, вот такую тактику уничтожения АУГ можно сформулировать изходя из текущих реалий:

Тактика борьбы с АУГ

Американские стратеги считают современные АУГ практически неуязвимыми для противника. И это мнение действительно обоснованно, учитывая эффективность защитных средств АУГ. На расстоянии до 1000 км средства слежения АУГ уже способны обнаруживать противника цели и гото­виться к отражению атак. Поразить авианосец можно, лишь приблизившись к нему на расстояние пуска ракеты. Однако АУГ способна контратаковать противника при помощи палубной авиации еще до подхода того к рубежу ракетной атаки. К этому следует прибавить высокую конструктивную прочность и непотопляемость современных авианосцев. Даже подрыв ядерного заряда мощностью до 50 килотонн вблизи авианосца, если это не прямое попадание, не гарантирует его потопления. Будучи поврежденным, он все равно сможет выполнять ряд функций, оставаясь центром АУГ.

Во времена «холодной войны» проблема противодействия АУГ вероятного противника стояла перед руководством ВС СССР весьма остро. Как известно, Советский Союз никогда не имел мощного авианосного флота. Для него эта игрушка была слишком дорогой. Поэтому советские методы борьбы с АУГ были гораздо менее дорогими, чем применение авианосцев, но в то же время достаточно эффективными. Конечно, об эффективности их можно говорить лишь, базируясь на выкладках советских военных теоретиков, ведь на сегодняшний день не существует проверенной на практике методики уничтожения современной АУГ. Оружие, разработанное в Советском Союзе для этих целей в 70 - 80-е годы, состоит на службе в ВС России и поныне. Методики его применения не изменились.

Кликабельно

В Вооруженных силах РФ борьба с АУГ (АУС) возлагается на ударные группы подводных лодок и надводных крейсеров с ПКР, морскую ракетоносную авиацию и дальнюю авиацию ВВС. Для огневого поражения АУГ указанные силы применяются во взаимодействии.

Достаточно эффективным для борьбы с АУГ оружием на сегодняшний день можно считать противокорабельные ракетные комплексы П-700 «Гранит» и П-1000 «Вулкан».

Ракетные крейсера проекта 1164 «Атлант» - «Москва», «Варяг», «Маршал Устинов» после модернизации вооружения несут по 16 комплексов «Вулкан» (ранее несли столько же ПКР «Базальт», сейчас морально устаревших).

10 атомных подводных крейсеров проекта 949А «Антей» несут по 24 ПКР «Гранит». Два тяжелых атомных ракетных крейсера проекта 1144 - "Петр Великий" и «Адмирал Нахимов» несут по 20 ракет этого же класса, а тяжелый авианесущий крейсер "Адмирал флота Советского Союза Кузнецов" – 12 ПКР.

Самолетами дальней авиации, могущими решать задачи поражения АУГ, являются дальние ракетоносцы-бомбардировщики Ту-22м. Эти самолеты могут нести от 1 до 3 ракет Х-22МА класса «воздух-поверхность» с дальностью поражения морских целей до 400-550 км.

Самой совершенной российской ПКР на сегодняшний день является «Вулкан». В настоящее время в мире нет аналогов этой ракете. Дальность её полета составляет 700 км. Это на сто километров превышает дальность противокорабельных модификаций «Томагавка», почти втрое - дальность полета основной американской ПКР «Гарпун», и приблизительно отвечает радиусу дей­ствия палубных истребителей F/А-18. Маршевая скорость «Вулкана» составляет 660 метров в секунду, на последнем участке траектории - километр в секунду, что втрое превышает скорость «Гарпуна» и «То­магавка» и вдвое - максимальную скорость истребителя F/A-18. «Вул­каны» несут боевую часть (БЧ), содержащую 500 ки­лограммов мощной взрывчатки, тротиловый эквивалент которой составляет по разным источникам от 1000 до 1500 килограммов. Мощность БЧ «Вулкана» значительно превос­ходит 454-килограммовую тротиловую БЧ «Томагавка» и 227-килограммовую - «Гарпуна». Мощность «Вулкана» позволяет уничтожить одним попаданием любой эсминец или крейсер. Кроме того, ракеты этого типа могут снабжаться ядерными БЧ, которым для поражения корабля прямое попадание не требуется. Прорыв ПВО противника «Вулкану» облегчает бронирование головной части и важных узлов, снижаю­щее вероятность уничтожения ПКР близким подрывом зенитной ракеты, и малая высота полета. ПКР «Вулкан» - высокоинтеллектуальное оружие, способное осуществлять «коллективные» действия, противодействовать вражеской ПВО и самостоятельно выбирать наиболее важную цель. В компьютерной памяти ракет существуют так называемые «портреты» радио­локации на все корабли, также заложены сведения обо всех возможных вариантах ордеров. Ракеты атакуют по наиболее рациональной траектории, построившись боевым ор­дером и ведя между собой обмен информацией. Как уже говорилось, в залпе одной подводной лодки проекта 949А 24 ракеты, каждая из которых не­сет также свои ложные цели для прорыва ПРО. 23 ракеты идут низко над водой, одна поднимается выше, периодически включая РЛС для наведения на цели. Она определяет количество целей и распределяет их между другими ракетами. В случае уничтожения «лидера» его место занимает следующая ракета. Самая крупная цель, то есть авианосец, в ордере кораблей автоматически определяется ракетами. После прорыва ракеты распределяют цели по важности, чтобы в конечном итоге обеспечить поражение авианосца. Сначала уничтожаются корабли прикрытия, стоящие на пути ракет, а затем наносится удар по авианосцу.

Кликабельно

Одна ракета при под­рыве в районе борта корабля проделывает пробоину пло­щадью около 30-45 кв.м и глубиной 25 м. Для вывода авианосца из строя необходимо попадание в него 8-10 ПКР «Гранит» с обычным снаряжением. При прорыве ракет к авианосцу необходимо уничтожить также до половины кораблей охранения. С учетом противодействия ПВО, для гарантированного уничтожения АУГ необходимо применить в одном ударе 70-100 ПКР со всех видов носителей.

Нанесение удара такой мощности требует хорошо скоординированной операции группировки кораблей в сочетании с действиями ВВС.

Основными проблемами в операциях такого рода являются:

- своевременное развертывание в океан необходимого количества АПЛ для создания ударной группы до подхода АУГ к рубежу удара, или массового подъема палубной авиации, построение их в боевой порядок;

- организация взаимодействия ударных групп подлодок с авиацией;

- разведка и выдача целеуказания на все командные пункты и ударные силы.

Если для огневого поражения АУГ у российских вооруженных сил еще имеются достаточно надежные средства, то с разведкой и выдачей целеуказания дело обстоит намного сложнее. Для атаки АУГ подлодки выдвигаются в подводном положении. Гидроакустическая система (ГАК) АПЛ «Антей» способна засекать цели на расстоянии всего 100 км, но на такой дистанции российская подлодка сама будет обнаружена ПЛО противника. Таким образом, российские подлодки, при наличии мощного противокорабельного оружия - ПКР "Гранит" с дальностью стрельбы 550 км, практически «слепы», и нуждаются в целеуказании от надводных, воздушных и космических средств разведки.

Операции по уничтожению АУГ отрабатывались еще советским ВМФ. В 1985 году была сформирована 7-я противоавианосная дивизия АПЛ, в составе двух тактических групп. В каждой группе было по 2 АПЛ проекта 949А и 1 АПЛ проекта 671 РТМ «Щука». Последняя призвана была выполнять функции обнаружения АУГ. С целью отработки методики борьбы с АУГ в Баренцевом море были произведены учения с ракетными стрельбами по мишенному полю. Боевой строй тактической группы выглядел следующим образом. «Щука» выдвигалась в передовое охранение на 20-40 км с задачей обнаружения противника ГАК «Скат». За ней строем фронта шли 2 АПЛ «Антей». По результатам учений состав тактической группы был скорректирован. Для обеспечения действий группы формировалась разведывательно-ударная завеса в составе трех атомных подводных лодок проектов 705 или 671 РТМ.

В июне 1986 года были проведены учения дивизии в Норвежском море. «Целью» послужила реальная АУГ США, которая проводила учения в этом же районе. Силами СКР проекта 1135, самолетов Ту-95РЦ и Ту-16Р было организовано слежение за авианосцем. Это позволило «Антеям» скрытно выдвинуться на дистанцию эффективного ракетного залпа, не входя в зону противолодочной обороны АУГ. Однако следует отметить, что в реальных боевых действиях советские (российские) разведывательные самолеты были бы очень быстро уничтожены палубной авиацией АУГ, что привело бы фактически к «ослеплению» подлодок. Кроме авиации для целеуказания можно использовать спутники, но и они в случае реальной войны просуществовали бы недолго.

Кликабельно

Возможности ВС РФ по борьбе с АУГ увеличиваются в своей прибрежной зоне за счет дальней авиации, базирующейся на берегу. Мощным средством поражения авианосцев являются ракетоносцы-бомбардировщики Ту-22М, которых в современных российских ВС насчитывается более 170 единиц. Радиус действия этих самолетов около 1500 км (зависит от нагрузки, скорости и высоты полета). Максимальная скорость – 2300 км/ч, а у земли – 1050 км/ч. Нормальной боевой нагрузкой для них являются 2 ракеты X-22МА «Буря». Для выведения из строя АУГ необходимо выпустить не менее 40 ракет «Буря». Таким образом, для успешной атаки на АУГ нужен, как минимум полк Ту-22М в составе 20 машин с 2 ракетами Х-22 на каждой, плюс 10 самолетов РЭБ, несколько самолетов-разведчиков Ту-95 или Ту-22 МР. Однако самолеты ДРЛО, неся круглосуточное боевое дежурство над АУГ, делают внезапный авиаудар практически невозможным. Противодействие истребителей палубной авиации, скорее всего, сорвет атаку еще на подлете к авианосцу. А кроме того, атакующим силам требуется преодолеть противовоздушную и противоракетную оборону кораблей. Поэтому бомбардировщикам потребуется прикрытие в виде полка истребителей СУ-27.

Стоит заметить, что подготовка указанной операции потребует концентрации большого количества самолетов на прибрежных аэродромах, рискующих попасть под превентивный удар АУГ.

Кроме собственно сил ПВО и ПРО, АУГ располагает таким мощным инструментом борьбы, как средства РЭБ. В ходе отработки методов уничтожения АУГ еще советскими пилотами было замечено, что при приближении к авианосным соединениям США из-за воздействия помех, создаваемых средствами РЭБ, практически невозможно навести ракеты на цели. Поэтому был разработан план атаки, при котором сначала по площадям запускалось 8 ракет Х-22 с ядерными БЧ. Предполагалось, что после этого мощность средств РЭБ существенно снизится, и можно будет выпустить вторую волну ракет по конкретным целям.

В российской авиации на учениях отрабатываются также методы поражения авианосца бомбометанием с бомбардировщиков Су-24, однако в боевой ситуации противодействие средств ПВО АУГ с большой долей вероятности превращает российских летчиков в камикадзе.

Что касается шансов поражения АУГ крейсерами УРО типа «Слава» (гордо именуемыми «убийцами авианосцев»), то даже с ПКР «Вулкан» они невелики. Бесспорно, огневая мощь крейсеров типа «Слава» чрезвычайно высока, однако при подходе к рубежу пуска ракет этот корабль будет неминуемо обнаружен средствами ДРЛО АУГ и атакован палубной авиацией. Несмотря на достаточно серьезную систему ПВО этих крейсеров, против авиакрыла АУГ ему не устоять. Всерьез говорить об атаке АУГ надводными кораблями УРО возможно только в случае прикрытия их мощной авиационной группировкой. В открытом море такое прикрытие может обеспечить лишь один корабль в российском флоте – ТАВКР «Адмирал Кузнецов». В принципе, эскадра в составе ТАВКР и крейсера типа «Слава», лучше двух (плюс нескольких эсминцев УРО) может представлять достаточно серьезную угрозу для АУГ. Однако, все три крейсера «Слава» рассредоточены по разным флотам ВМФ России, и в случае боевых действий, авиацией можно будет прикрыть только один из них – «Маршал Устинов».

Говоря о возможностях современных российских вооруженных сил по борьбе с АУГ, следует признать, что они не слишком высоки, и, безусловно, ниже тех, которыми располагал СССР. В значительной мере это обусловлено слабостью российских средств РЭБ и ДРЛО. Также наивно полагать, что ударные силы для борьбы с АУГ, перечисленные выше, находятся в образцовом состоянии. В случае гипотетической агрессии против России противоавианосным силам прийдется столкнуться даже не с АУГ, а с АУС, бороться с которым еще сложнее. Однако, определенная вероятность поражения американских авианосцев, по-видимому, имеется - прежде всего, в прибрежной зоне. На практике все может зависеть от множества обстоятельств, и спрогнозировать заранее ход боевых действий вряд ли возможно.

Определенную роль в уничтожении АУГ может сыграть человеческий фактор, простыми словами, «раздолбайство» экипажа. В 2000 году российская пресса немало писала об инцинденте, имевшем место в Японском море. Во время совместных учений, в которых участвовало около тридцати кораблей ВМС Японии и 7-го флота США, российские летчики на двух самолетах Су-24 Мр сумели беспрепятственно призвести условное бомбометание по авианосцу «Китти Хок». Россияне «подловили» авианосец на дозаправке в море, когда рукава заправочных шлангов мешали вылету палубной авиации. Воздушного прикрытия над кораблем в этот момент не было. Прошло немало времени, прежде чем американцы смогли поднять в воздух свои палубные истребители. В реальных боевых условиях такая ситуация могла привести к повреждению или даже гибели авианосца.

Подводя итог разговору о средствах поражения АУГ хочется сказать следующее. Противник, располагающий таким мощным средством агрессии, как авианосцы, всегда сильнее. Для того, чтобы остановить его, потребуются такие вещи, как ПОДВИГ и САМОПОЖЕРТВОВАНИЕ. Прорыв обороны АУГ (АУС), скорее всего, будет сопряжен с крупными потерями, если не с полным истреблением атакующих. Чтобы вывести из строя, а тем более уничтожить такую военную машину, потребуются сверхкомпетентные стратеги, а еще – команда моряков и летчиков высочайшей отваги и профессионализма. Стране, не располагающей подобным человеческим потенциалом, вряд ли поможет какое-либо оружие…

Varyag aircraft carrier, Yellow Sea

Те, кто говорят о «Адмирале Кузнецове», как о «неполноценном авианосце», не правы. Сложности с созданием отечественной паровой катапульты для старта самолётов с палубы, привели в качестве временной меры к трамплинному старту. Он неожиданно привёл к дополнительным плюсам в виде меньшей технической сложности и возможности взлёта при минусовых температурах.

• Наличие противокорабельных ракет «Гранит» (в ходе грядущей модернизации будут заменены более современным комплексом) только увеличивает боевые возможности авианосного ордера, позволяя применять это оружие с собственным авиационным прикрытием и загоризонтным наведением.

• Отсутствие на борту самолётов дальнего радиолокационного наведения (ДРЛО) частично компенсируется отработанной в ходе боевых служб и походов практикой выставления на угрожаемом направлении кораблей радиолокационного дозора (РЛД), прикрываемых также авиацией с борта ТАВКР. Небольшое количество базирующихся ныне на корабле самолётов, не является неразрешимой трудностью. А отработанная практика построения района ПВО авианосного ордера (с тремя зонами по дальности и четырьмя секторами и зонами боевого дежурства корабельной авиации и кораблей группировки), позволяет эффективно противодействовать воздушному противнику даже имеющимися средствами.

Теперь о том, насколько «плавучий аэродром» уязвим в бою. Немного «шапкозакидательские» представления о боевой живучести авианосца, приводят к мнению, что такая крупная цель весьма уязвима, и её легко вывести из строя. Здесь, однако, следует учитывать, что если место нахождения авианосца невозможно скрыть, это не значит, что его легко поразить.

• Начнем с того, что противокорабельные средства поражения в случае с авианосной группировкой будут применяться на предельных дальностях, поскольку подойти к авианосцу для выстрела «в упор» не позволит палубная авиация и другие корабли ордера.  А главной функцией палубной авиации и будет борьба с носителями ПКР как надводного и воздушного, так и подводного противника. Дальность действия палубной авиации и есть тот самый «зонтик», прикрывающий группировку от выхода противника в ближнюю зону и заставляющий применять оружие на предельных дальностях.

• Здесь вступает в действие противоракетная оборона группировки. Если у американцев собственные противоракетные средства авианосца относительно слабы, и борьба с противокорабельными ракетами (ПКР) возложена в основном на мощные зенитные средства кораблей сопровождения, то у нас они дополняются собственной мощной ПВО корабля ближнего действия.

На ТАВКР «Адмирал Кузнецов» установлено восемь ЗРПК «Кортик» (суммарно 96 стволов калибра 30 мм, 64 готовые к пуску ракеты ближнего действия 9М311, боезапас — 256 ракеты), шесть АУ АК-630М (ещё 36 стволов), четыре ПУ ЗРК «Кинжал» (192 ракеты).

Но что, если ПКР всё же стартовали с носителей, и какая-то часть их прорвалась сквозь противоракетную оборону ордера и самого авианосца? Не станем рассуждать о предотвращении такой ситуации принципом «допустимых потерь» и неизбежностью ответа по носителям палубной авиации и кораблей группировки. Рассмотрим худший вариант.

Кликабельно

• Здесь придётся сказать о конструкционной защите авианосцев, которые, являясь главной целью для противодействующих сил, должны иметь боевую живучесть, основанную не только на ПВО. Скажем, в корпусе американских авианосцев броневая сталь используется для изготовления полётной палубы и палуб, расположенных ниже; переборок бортовой конструктивной защиты; днищевого броневого настила. Ещё на авианосцах типа «Forrestal», бортовая защита состояла из пяти продольных броневых переборок, доведённых до четвёртой палубы и простирающихся по всему кораблю.

• Ширина отсеков бортовой конструктивной защиты достигает 6-7 метров, а суммарная толщина бортовой брони составляет 150 мм. Образованные переборками отсеки заполняются топливом, водой и специальным пористым наполнителем. По оценкам американских специалистов, вывести из строя авианосец способны попадания 7-12 советских противокорабельных ракет, а потопить не менее 20.

• Аналогичная защита применялась на советских ТАВКР проектов серии 11434. Общая масса броневой защиты достигает 1700 тонн, а суммарная толщина бортовых наклонных броневых конструкций достигает 140 мм. При этом наружная обшивка играет роль первичной преграды, заставляющей сработать взрыватели подлетающих ПКР. А для проекта 11435 («Адмирал Кузнецов») подводная и надводная конструкционная защита была существенно улучшена и прошла испытания на натурных отсеках.

Живучесть авианосца может хорошо проиллюстрировать известный случай. Когда в 1969 г. на авианосце «Интерпрайз» после самопроизвольного взрыва 127-мм НУРС сдетонировал боезапас, находящийся на палубе (всего примерно за 20 минут произошло 18 мощных взрывов), в том числе восемь (!) 500-фунтовых авиабомб, несмотря на сильные повреждения и пожар, последствия оказались отнюдь не катастрофическими. Уже через несколько часов пожар был ликвидирован, и корабль в принципе был готов принимать на борт самолёты. Взрывы произошли 14 января в семидесяти милях от Гонолулу, а уже 5 марта авианосец после ремонта в Перл-Харборе вышел в море.

Также не стоит переоценивать возможности западных ПКР, основную массу которых составляют сейчас ПКР «Гарпун». Здесь вспоминается, как в 1988 году американцы топили иранский фрегат «Sabalan» британской постройки, водоизмещением всего-навсего 1100 т. Пожар, вызванный попаданием первых двух ПКР «Гарпун», был потушен спустя 7 минут. Третье попадание так же не привело к фатальным последствиям. Пришлось добивать 500 килограммовыми авиабомбами, и только после третьей он пошел ко дну.

Теперь давайте посмотрим, что же изменилось со времён применения авианосцев в крупномасштабных действиях на море прошлого века, и какая роль может отводиться авианосцу в перспективном Российском Флоте. Начнем с того, что количество и качество мировых авианосных сил только увеличивается. Развитием авианосных программ занимаются страны до сих пор не обладавшие сильным флотом.

• Американский флот, доведя суммарные возможности своих авианосных сил до 2740 самолётовылетов в сутки, продолжает повышать их эффективность. А, учитывая, что любой сценарий крупномасштабных боевых действий на море будет включать американский флот как одного из участников, можно твёрдо говорить, что война на море в 21 веке будет вестись с применением авианосных сил.

• Возможности любого флота лишенного своей авиации на море в столкновении с авианосным флотом, будут упираться в описанную выше дальность применения оружия, ограниченную дальностью действия корабельной авиации. При этом корабельная авиация будет не только «длинной рукой» собственных средств поражения авианосной группировки, но существенно увеличит суммарный их залп.

• Частично компенсировать неравноценные возможности другими средствами можем, пожалуй, только мы, поскольку традиционно имеем сильные позиции по средствам ПВО, в том числе и морским. При этом, оснащённый только мощным ПВО, флот в противостоянии авианосному сможет только лучше отбиваться от имеющего инициативу противника. Говорить о поражении авианосной группировки в такой ситуации сложно. Применение в качестве противодействия АУГ подводных сил, так же упирается в немалые её возможности по ПЛО. Здесь выход на дистанцию пуска будет критически опасным.

Кликабельно

Ситуация меняется при наличии у обеих противоборствующих сторон авиации в море. Истребительное прикрытие надводных сил затрудняет применение по ним авиации. Прикрытие с воздуха районов развёртывания подводных сил позволяет им действовать ближе к объектам атаки, избавляя от авиационной ПЛО. Наконец, действия собственной авиации ПЛО вообще невозможно без воздушного прикрытия. Здесь противоборство вступает в ситуацию неопределённости, которая уже исключает полное преимущество одной из сторон, оставляя возможность победы по способностям и выучке экипажей и по военной удаче. Это и есть паритетная ситуация, чаще всего исключающая саму возможность конфликта по соображениям неопределённости результата или неприемлемых потерь. Именно поэтому, появление в ВМС Китая всего одного авианосца так беспокоит мощный авианосный флот США.

Есть ещё одна иллюзия по возможностям Флота лишенного авианосцев. Это сугубая охрана побережья, обеспечиваемая действиями береговой авиации. При наличии береговой линии большой протяженности, преимущество снова будет на стороне авианосной морской группировки. Она будет иметь возможность нанесения ударов по берегу, не входя в ближнюю зону поражения береговых средств и прибрежного флота, оставаясь под защитой своей авиации и подводных сил.

• «Право первого хода» может обеспечить превентивный удар по аэродромам и не даст возможности осуществлять эффективную ПЛО. А время реакции береговой авиации существенно выше, чем у корабельной. Вынос же зоны обороны дальше от берега с помощью собственных авианосных сил, как ни странно, дешевле и эффективней, чем равнозначное по возможностям укрепление береговой обороны и прибрежного флота.

Собственно, эти соображения привели к появлению советских авианосцев, они же заставляют нас думать о них и сейчас.

/Александр Горбенко, odnako.org/

(По книгам: Н.И. Белавин «Авианесущие корабли», И.Беркут, Р.Василишин «Брат», публикациям в журнале «Зарубежное военное обозрение», материалам сети Интернет).


И все таки, из всего тут описанного какой вы сделали вывод ? Нужны ли Российскому флоту при всех военно-политических и экономичских реалиях авианосцы ?




Profile

vlad_gluh

July 2012

S M T W T F S
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18192021
22232425262728
293031    

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 25th, 2017 10:32 pm
Powered by Dreamwidth Studios